ВНИМАНИЕ! Для правильного отображения наших страниц настоятельно советуем Вам использовать иной смотровик («браузер»), например «Оперу» или «Лису», обе из которых – бесплатны. ВНИМАНИЕ!
Перед пользованием нашим сетевым узлом, ознакомьтесь с сим предупреждением. Please read this disclaimer before using our website.
Спасители Руси от инородческого владычества: гражданин Козьма Минин и князь Дмитрий Пожарский. Да вдохновят нас примером.
26-Й ГОД СМУТЫ
> РАЗДЕЛЫ
» Первая страница
» Русские Вести
» Русские Стихи
» Русские Песни
» Русское Видео
» Русская Мысль
» Русский Язык
» Русская Память
» Русские Листовки
» Русское Действие
» Русское Самосознание
» Русское Единение

> ОБЩЕЕ
» Рассылка
» Связь с нами
» Наши образы
ПОДВИЖНИКИ РУСИ:
Национально-Державная Партия России (НДПР)

Русское Вече

Русский национал-социализм с чистого листа

Руссовет

Русское Движение против нелегальной иммиграции

Русский Общенациональный Союз (РОНС)

Народное Движение за избрание А. Г. Лукашенко главою России

Русское Национальное Единство (РНЕ)

Русский международный журнал «Атеней»



НАША РАССЫЛКА:

Подписка на нашу рассылку своевременно известит Вас о появлении нового на «Русском Деле». Просто и удобно!

Ваш адрес e-mail:

Подписаться
Отменить подписку



НАШИ СОРАТНИКИ НЕ ПОЛЬЗУЮТСЯ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫМИ УСЛУГАМИ MAIL.RU И YANDEX.RU!

«RSS» И «TWITTER»:
Наша RSS-лента    Наша лента в «Twittere»
(Памятуйте, что врагу видно, кто читает нас в «Твиттере»!)


ПОИСК ПО УЗЛУ:

Яndex.ru



Русское Дело
«Спасающий свою страну не нарушает никоих законов.»
Наполеон Бонапарт (1769-1821), франц. завоеватель


САМОВЫЕЗД

Среди больших дел, в кои погрузила себя ныне демократия западного толка, ни одно не выходит у неё так ловко и успешно, как устроительство человеческого разнообразия в государствах с европейским населением. Мировая экономика непрестанно мучится сбоями («кризисами»), обременённость долгами так называемых «развитых стран» стала уже немыслимою и не подлежащей обращению вспять, борьбе с «терроризмом» не видно конца. Зато «гуманитарные» преобразования – разложение национальных государств и устремление в их пределы окружающих народов – идёт вполне уверенно. Счет идёт на десятки подвергшихся перестройке стран Европы и Северной Америки, дело там ещё не завершено, но мрачные последствия совершенно ощутимы.

Рождённая в ответ мечта об избавлении от пришельцев выглядит уже несбыточною, но всё ещё не покидает умы отчизнолюбивых граждан. И на Западе, и у нас уповать на такое можно лишь в пределах патриотического общения, поневоле узкого в наши дни, иначе говоря – на обочине политической жизни. За пределами же мечтаний жажда освобождения страны походит на биение рыбы об лёд без вероятия повлиять на ход событий.

Ибо желанию или мысли, дабы обрести силу, нужна вовсе не выраженная в них справедливость, разумность или насущность. «Одно слово правды весь мир перетянет» – увы, лишь всплеск писательского краснословия. Не правда решает, но, как по учебнику, нужно, чтобы «идея» овладела некими «массами». Пусть это случится на основе заблуждения, людского помешательства или явной лжи – подоплека «овладения» для успеха вторична. Именно на сём зиждется изощрённое политиканство и его порождения: революционные учения, оранжево-майданные технологии, хотя, разумеется, словесное обрамление их – самое возвышенное и облагороженное.

«Массы» же вовсе не означают народ, поминанием которого любят украшать призывы, декларации и конституции. Подобные обширные понятия – неизбежно невнятны и осмысляются вольно от случая к случаю. Те же известные спекулянты на народе – марксисты-ленинцы – непременно делили его на «передовой» и «реакционный», а то и «люмпенный» слои как годный или негодный для исполнения их заговорщических замыслов. Не вписавшиеся во власть демократы Болотной площади с тем же прицелом на сотрясение строя делят общество на «образованных», «интеллигентных» особей и «узколобое быдло».

К общественным сдвигам могут толкать низовые движения – вспышки людского гнева в том или ином месте, что затем как пожар охватывают пол-страны, доходят до столиц. Кондопога, Сагра, ставропольские станицы, Манежная площадь Москвы могли в недавнее время стать у нас запалами великих перемен. Но не стали: сопричастность и жертвенность в остальном Русском народе не были на том духовном уровне, когда «продай одежду свою и купи меч». Век превозношения личности над обществом, собственного над общим сковали прекрасные порывы в нашем человеке – чтобы дать дорогу потребительским увлечениям и всяким поискам удовольствия.

Если говорить отрешённо ото святой Русской Освободительной борьбы, то для успеха переворотов несомненно важно, чтобы «чаяния» овладели, в первую очередь, влиятельными слоями в обществе, да ещё, если речь идет не о дворцовом перевороте, сопровождались на улицах поддержкою горожан безразлично какого призвания, пусть даже «деклассированными» бездельниками.

На близком нам примере Москвы на рубеже 2011-2012-го годов таким «жаждущим перемен» оказался повязавший на себе белые ленты любопытный сброд: паразитическая «творческая» интеллигенция, решившая по случаю возвести себя ещё и в общественный «класс» с придуманным картавым названием «креативный», разбалованная молодежь и прочий городской плебс, охочий до зрелищ. Все они – не бойцы, но скоплением своим способны впечатлить власть, и принимая во внимание её разложенность, отсутствие в ней духовного стержня и то, что она вообще составлена из отбросов общества с проходными качествами корыстолюбия, пресмыкательства и ловкачества, число горлопанов на улицах совершенно не должно быть большим.

Похожее представление в 1991-м году увенчалось государственным переворотом.

Когда свалившаяся на Русь заёмная «демократия» породила так называемую «четвертую власть» и дала ей волю, та, в свою очередь, создала по своему подобию и схожую по разрушительным замашкам правящую и прочие влиятельные «элиты» из готового человеческого материала – инородцев и местных, присягнувших новым веяниям. Отношения сей новоявленной знати с остальными людьми страны сложились как у захватчиков с покорённым народом. Далее, по всем правилам оккупационного порядка открылись границы для заполнения государства чужеземным населением.

Два десятка лет, коих, к примеру, хватило Китаю, чтобы стать второю державою мира, в России обернулись ужасающим разложением с потерей самостоятельности пред лицом других стран. Русская государственность лежит ныне в развалинах, но полицейский порядок в ней, разумеется, – на высоте.

За сей печальный срок, отмеченный в народе названием «второго смутного времени», вопрос об иноплемённом вторжении разросся до того объема, что даже первое приближение к нему требует прежде раздробить его. Но и в таком виде каждая часть составит в глазах современника мучительную, а то и не поддающуюся решению задачу. Решением же для Русича-мужчины может быть только безоговорочное изгнание захватчиков и никогда то, что успокоительно зовётся «ассимиляцией» пришельцев. Тем более, по замыслу устроителей нынешнего положения вещей «ассимиляции» подлежим именно мы с вами, и она уже идёт полным ходом. Терпимость к чужакам, к их обычаям и создаваемым ими вокруг порядкам – законам гор и пустынь – на поверку весьма скоро оборачивается нашею покорностью. Напор со стороны обживающихся переселенцев и предоставленная им властями неприкосновенность делают своё дело. Ну, а покорные заведомо сходят вниз по ступенькам и общественной, и исторической лестниц. Генетическое смешение с завоевателями довершает закат народа как такового. Разговаривать же оккупанты могут и по-Русски – пусть недалёкие патриоты-державники думают, что именно они кого-то «ассимилировали»...

В московской подземке

Но если отношение к оккупации побуждает к избавлению от неё (а по-иному – достойно ли?), то достаточно простому и уверенному решению доступно лишь удаление из страны так называемых «незаконных» переселенцев («нелегальных иммигрантов»). Они «незаконны» даже в глазах существующей власти, что для многих нерешительных содержит в себе крайнюю убедительность и побуждает к исправлению вещей.

В США незаконно осевших – примерно 12 миллионов; у нас – никто толком не ведает, называют то большее, то меньшее число. Миллионы случаев пренебрежения законами, без стеснения признаваемые властью и там, и здесь, да ещё без великой тревоги – не дивно ли? Но если в России подобное состояние правопорядка весьма привычно, то потакание беззаконию за океаном с хвалёным тамошним верховенством права смущает неискушенного человека (но не колеблет низкопоклонников перед Западом, кои прощают ему всё). Остальным понятно: и там, и здесь у истоков власти стоят одни и те же подрывные силы, отсюда и общее размывание порядка и общие последствия.

В «империи зла»...

В 2012-м году в Америке развернулось очередное политическое представление – выборы главы государства. Шло состязание меж двумя партиями, чьи различия с каждым годом стираются в направлении неуловимости, как и положено быть у подручных одного хозяина, уже и не столь закулисного в наше время... Постановка удаётся благодаря неумолкаемости сионо-масонских информаторов («СМИ») и тому, что у местного населения сохраняется известная приверженность к одной или другой партии. Да и возможность какого-никакого выбора между ними, несомненно, льстит. Бывшую когда-то представительницею Белого рабочего класса Демократическую партию поддерживают ныне сплошь и рядом цветная часть Америки, не нашедшие себе места в жизни потомки европейцев, но также и благополучная, бурно растущая числом левацки-мыслящая интеллигенция любого пошиба. Республиканская партия, созданная полтора века назад поборниками отмены рабства, во времена Великого Спада 1930-х годов растеряла своих чёрных приверженцев, и с тех пор видит свою опору в среднем и зажиточном слоях Белых американцев, имеющих семьи и потомство. Обе партии – изначально либеральны, но также не чужды и уравнительных, социалистических настроений. Республиканская по ряду вопросов придерживается охранительных взглядов – того, что называют «консерватизмом», – кои, впрочем, она беззастенчиво предаёт.

Стремясь вернуть своего человека в Белый дом, соперничающие с Обамой и его демократами Республиканцы ввели во предвыборное уравнение невнятное чаяние среднего класса Америки – привести безудержное полонение страны чужеземцами к какому-то порядку. Эти настроения выразил к раздражению поборников мульти-культи человек, во всем остальном неприятный нам – вёрткий соискатель президентской должности и самозаявленный враг России Уиллард Митт Ромни.

Несмотря на противоиммигрантские выпады, он заручился благосклонностью подлинных хозяев страны и их видимых представителей – СМИ. Обтёр все колени в выражении своей преданности Израилю, к месту и не к месту выказывая готовность Америки под его началом свернуть себе шею, усмиряя недругов сей ближневосточной страны и коробя, наверное, такими шумными клятвами немногословных хозяев мира сего. Впрочем, такая прыть в итоге ценится и открывает дорогу на самый верх.

– Ну, я потрогал стену. Теперь могу стать президентом?
– Мы подумаем об этом.

Но как лицедей американских политических подмостков он должен угождать и своим избирателям, говоря им то, что они хотят услышать. Не всё, разумеется. Когда запросы простолюдинов противоречат установленной не ими повестке дня, задачей политика становится обволакивать дело туманом, погружать в немоту. Зная правила игры, соперник на выборах не уличит его в неискренности, а газетные болтуны надёжно вычеркнут острый вопрос из своего «освещения» и тем самым, как они полагают, из действительности.

От выборов к выборам обсуждение главного – во что превращается Америка, заполняя себя народами из Третьего мира, и о приближающейся развязке – всячески обходилось стороною. Соискатели на высшую должность тратили своё красноречие на споры друг с другом о льготах на лекарства для престарелых (во времена последнего Буша), о поправках к налогообложению среднего и богатого слоев общества (на нынешних выборах). Бывает, как в 2012-м – немного попрепираются по судьбе незаконных переселенцев – и довольно. Им нет нужды углубляться, ведь, по букве закона, иммиграционную политику в стране устанавливает Конгресс, а не президент. (Вот бы Путину такую уловку, а то он при своём самодержавии будет нести ответ за всё.)

Эта политика усугубляет с каждым десятилетием незавидный удел Белого населения Америки, переводимого в обозримом будущем в положение меньшинства. Всячески поощряя приток «законных» переселенцев, власти закрывают глаза ещё и на незаконное вторжение, идущее миллионами через полную дыр американо-мексиканскую границу.

Нынешний чернокожий глава страны, сочувствуя притоку чужестранцев не только по требованиям либерализма, но и по глубокому личному расположению к ним, оставил в покое незаконных иммигрантов, то есть лиц, преступивших закон. Еще же точнее – преступников, ибо это их надлежащее название.

Здесь нет натяжки. Даже полуумный либерал, коему законы и порядок всегда в обузу, может в ответ лишь огрызнуться словами своей агитки: «нелегалов не бывает!». Свод же законов США во главе 8-ой, статье 1325-ой предписывает карать незаконное проникновение в страну, то есть, минуя установленные пограничные переходы и пограничную проверку, полугодом лишения свободы, а при повторном таком событии – заключением до 2-х лет. То – последствия вовсе не «административного» проступка, но уголовного деяния.

Но в сегодняшней Америке скрытно пробравшиеся в неё наслаждаются особым к себе отношением. В мире словес и сопутствующего обмана им подбираются удобные наименования – «иммигрант без документов» («undocumented immigrant»), «иммигрант, не наделённый правами» («unauthorized immigrant»). Раздвоенный язык тамошнего правящего класса избегает произносить настоящее название этих лиц – «незаконный иммигрант» и, тем более, «преступник» – дабы не пробуждать умы граждан, надлежаще унавоженные терпимостью. Да и помимо разговоров – раз пробравшись в страну, иностранец чует себя уже вольготно, ибо право его нахождения не выясняют ни полиция, ни работодатели, ни школы, ни даже банки. (Строго запрещено там подозревать за людьми неладное по одному их иноземному облику, имени, повадкам...)

Таковы будни хвалёного «правового» государства. И вовсе не досадная осечка тамошнего в остальном-де совершенного общества. Законы разложения действуют неумолимо, и на пути в мусорный ящик на Западе находятся заодно и другие представления, когда-то увлекавшие человечество: «демократия», «свобода», «равенство»...

«Нелегалов не бывает!»

На протяжении многих лет в отношении незаконных иммигрантов заокеанские власти предлагают самое для себя лёгкое – всеобщее прощение («амнистию») и, сверх того, оставление их в стране со вручением надлежащих прав. На меньшее плакальщики по правам человека согласиться не могут. Последнее значительное всепрощение было при Рейгане, с тех пор накопились великое множество поводов ко следующему. Оно обсуждается год за годом, но духу принять его пока не достаёт. Тамошнее общество, сравнимое с добиваемым животным, ещё делает попытки встать на дыбы. И хоть на погромы оно не пойдет, но при очередных выборах подобная «амнистия» может стоить политику его переизбрания.

И вот, дабы закон соблюсти и во звании «гуманистов» остаться, не вызывая либеральных беснований, выходом становится делать дело чужими руками. Добровольный исход тех, кто вторгся в страну вопреки её законам, оказывается в условиях лицемерного Запада приятнейшим решением.

Они должны убраться сами!

Самовыдворение не ново как понятие, в Америке оно «осмысляется» более полувека. И до войны, и на заре открытия границ – в 1960-х годах – задержавшихся в стране выдворяли насильно и без душевных переживаний. Устраивали облавы, в окружении полиции и войск доставляли к поездам и увозили из страны с глаз долой. С усилением общечеловеческих переживаний и ускорением вторжения из Третьего мира, с попутным привыканием общества к происходящему крутые меры стали невозможны в сознании не только обывателя, но и бесхребетного правящего слоя.

Отправка мексиканцев на родину. 1954-й год.

За несколько десятилетий страна оказалась в ловушке. С ростом иноплемённых общин сложилось их влияние, благо всякая из них заботливо опекается СМИ. Не забитые, как местные европейцы, меньшинства в состоянии создать изрядное напряжение в обществе и обездвижить намерения властей, направленные против них и даже против отдельных их соплеменников. Такого положения дел и добивалась либеральная элита, с 1965 года менявшая состав общества и ныне вкушающая плоды своих стараний да ждущая с нетерпением, когда Белое население, в свою очередь, окажется в меньшинстве. (Сей срок, определённый во времена Клинтона 2050-м годом, с той поры приблизился и стал 2043-м.)

На уровне государства закон требует ото всех иностранцев по прошествии 30-ти дней пребывания в стране получить «регистрацию» в органах власти и во всякое время иметь при себе соответствующую бумагу. Звучит нам знакомо. Впрочем, требования эти пребывают во «спящем» состоянии, то есть, не исполняются. Еще более знакомо...

Больше возможностей к наведению порядка оказалось у властей уровнем ниже. Два штата в последние годы выказали необычную самостоятельность, приняв меры хотя бы в отношении незаконных переселенцев. (Воздействовать на законную иммиграцию они не в силах – та находится в ведении столичных властей.)

Власти Аризоны в начале 2010-го года с немалыми колебаниями, но и конечною решимостью приняли закон, названный недругами «жесточайшим в американской истории». Он обязывал местную полицию придерживаться уже существующих правил – выяснять право нахождения в стране у всякого человека – и вводил наказание за незаконное пребывание. Во избежание неразумных постоянных проверок, превращения их в облавы на улице, предписано было требовать у лица надлежащие документы лишь когда оно попадало под руку властей по другим подозрениям.

Алабама последовала примеру год спустя и высказалась даже жёстче. Её закон объявлял преступлением покупку нелегалом себе жилища, оплату им коммунальных услуг и вообще подписание им какого-либо договора. Подлежали наказанию и те, кто нанимал подобных личностей на работу, а полиции предписывалось проверять основания нахождения человека в стране по тем же правилам, что и в Аризоне – при совершении им иного правонарушения или подозрения в том. Школам предписывалось узнавать тоже самое – правда это ни к чему не вело, кроме некоторого запугивания ученика и его семейства, ибо учить там обязаны всякого, ни на что не взирая.

Возмущение «передовой общественности» и иммигрантсткой среды было оглушительно громким. Возглавлял и направлял его местный агитпроп, орудуя трещоткою расизма – за проверку документов у подозрительных лиц – а ими сплошь и рядом выступают цветные.

Народное мнение было другим. Законы «восставших» штатов были поддержаны в США большинством граждан, но то была поддержка немого большинства, чьи речи под спудом западной демократии «на десять шагов не слышны».

При всем положительном опыте двух штатов дело касалось лишь «незаконной иммиграции». Закрывать свои границы вторжению на «законных» основаниях в Америке не подымается рука ни у кого. А счет в сём потоке также идёт на миллионы. (Мы не сочувствуем: погружение империи зла в мульти-культурное болото ослабляет её, и даёт миру шанс...)

Мексиканская преступность – бич Америки, подобно кавказскому бандитизму у нас

И всё же вопрос «что делать?» вознёсся на высший уровень, подвергся словесному полосканию в предвыборном состязании.

В начале 2012-го года Ромни заговорил о незаконных переселенцах, завоевывая признание опоры своей партии – Белых американцев – чтобы добиться своего выдвижения на борьбу за президентскую должность. Когда цель была достигнута, он приглушил голос и рад был уже поменьше поминать незаконных иммигрантов, дабы не раздражать их либеральных покровителей. Да и о голосах латиноамериканских избирателей надлежало подумать: с начала нынешнего века они стали самою многолюдною цветною общиною Америки, оставив позади негроидов, рассматриваемых, по-существу, как «коренное» население наравне с Белыми (об индейцах там вспоминают не чаще, чем мы о своих чукчах). Свыше сорока миллионов испано-язычных в стране – весьма чувствительная сила, пусть числом избирателей их будет и меньше.

(Но расшаркивания Ромни перед хосе, родриго и кармелитами были уже напрасны: как всякие цветные, не разложенные не направленною против них проповедью терпимости, они чуют неведомое нам крепкое единение со своими соплеменниками – спасительное для народа умонастроение уцелеть в нынешние переломные времена.)

Поток покидающих Аризону и Алабаму стал, безусловно, «самовыдворением»: люди уезжали, не желая пересекать свои пути со властями, что в Америке обычно влечёт кучу неприятностей, а при усугублении может и поломать жизнь ввиду тамошней тяжести наказаний, подчас средневековой. Но Ромни вместе с мыслителями-однопартийцами придумал самовыезд совершенно уж в «чистом виде» – даже без угроз преследования со стороны властей. Сие человеколюбие достигалось бы за счёт других: работодатели обязывались проверять правовое положение работника при его найме и нести последствия за недогляд, университеты лишались государственной поддержки, если принимали на учебу незаконно находящихся в стране да ещё со льготною платой, и прочая, и прочая. Наказывалось всё вокруг, но не сами нелегалы. Смыслом было «сделать их жизнь столь неприветливою и печальною, что они поедут прочь».

«Мы не станем хватать, задерживать и выдворять 12 миллионов людей лишь за незаконное нахождение в стране и отсутствие у них надлежащих документов, – обещал Ромни. – Взамен, пусть они сами сделают выбор. Когда увидят, что не могут пользоваться у нас благами, к которым стремились, найти работу, какую хотели бы, тогда они примут решение направиться туда, где перед ними открыто больше возможностей.»

Но даже такое обхаживание нелегалов-преступников считается чрезмерно суровым и невозможным в коленопреклонённой перед ними Америке. Обама, в свою очередь, ищет возможности простить их всех одним махом: «Если нам и предстоит заняться людьми, что оказались здесь незаконно, мы должны делать это с умом и преследовать среди них уголовников, насильников, тех, кто портит людям жизнь, но не студентов и не тех, кто попал в Америку в стремлении прокормить свои семьи.»

Нынешний чернокожий глава страны уже дал своею волей послабление примерно миллиону молодых нелегалов, видя в них таких же как он сам... американцев:

«...Они учились в американской школе, произносили клятву верности перед государственным стягом и воспринимают страну как свою родину, а себя – американцами во всём, кроме наличия нужных бумаг. Мы непременно должны проложить им путь к получению гражданства, и я, со своей стороны, уже делаю это путем управленческих распоряжений».


Обложка журнала «Тайм»: «Мы – американцы, хотя и не по закону»

Сейчас, когда предвыборная пыль улеглась, и Обама остался в должности ещё на 4 года, его слова можно считать дальнейшею политикой Америки в сём вопросе (и, поневоле, понуждащим примером всем, кто находится под её влиянием.)

Как и положено в «развитой» демократии, в защиту пользующихся неприкасаемостью преступников там выстраивают правовые подходы, дабы уберечь их от законов страны, грозящих хотя бы воображаемо. Правительство Обамы, не говоря уже о всяких правозащитниках, начало оспаривать в судах положения «ограничительных» законов Аризоны и Алабамы под предлогом их «неконституционности», что на время разбирательства привело к их бездействию. Два с лишним года длились тяжбы против первого из своенравных штатов, прежде чем в сентябре 2012-го неотменённые судами остатки его закона обрели силу.

При таком положении дел даже скромнейшие рассуждения Ромни о «самодепортации» могли вызвать только раздражительный ответ со стороны либерал-вырожденцев. Верующим во благость подобных мер был устроен решительный политпросвет.

«Не имеющие разрешения на работу лица – измышляла в те дни «Вашингтон Пост» (подобие российского издания для мусорных корзин «Новой газеты», только влиятельное), – составляют более 5% рабочей силы в США, и величина эта гораздо выше в сельском хозяйстве, гостиничных услугах, благоустройстве земельных участков и еще кое-где. Их исход нанесет удар по экономике, местные же американцы, обычно лучше образованные и живущие неблизко от тех мест, где трудятся незаконные иммигранты, не придут на их место».

Тем временем, в штатах, подвергших себя очищению, на «оставленные» нелегалами производства потянулся местный люд. Сразу снизился уровень безработицы, уменьшились общественные выплаты-пособия незанятым. Но дабы узнать это, нужно самому добывать себе информационную пищу. И – боже вас сохрани – не читать никогда американских газет!

Для тех, кто сух к положению в народном хозяйстве либо, напротив, сведущ в нём, либеральные рупоры Америки прибегают ко другому излюбленному своему средству: подымают сострадательное нытьё по пришельцам, попутно с явным торжеством внушая о необратимости положения:

«Г-н Ромни напрасно полагает, что незаконно живущие в стране, главным образом мексиканцы, могут быть с легкостью выдворены, – продолжает тот же агитационный листок. – Две трети из них находятся здесь уже более десятилетия и около трети прибыли более 15-ти лет назад. В Америке они пустили глубокие корни. Половина обзавелась детьми, и четыре пятых этих пяти с половиною миллионов детей были рождены в США и, естественно, имеют гражданство страны. Неужто г-н Ромни ожидает от них самовыезда вслед за своими родителями?»

У легковерных и не думающих такая болтовня сходит за правду. Но есть мир пропаганды, и есть действительный мир.

По сообщениям из Аризоны, едва тамошней полиции вменили в обязанность проверять при всяком происшествии у причастных лиц документы, как многие тысячи, если не сотни тысяч, не имеющих оных, потянулись в менее строгие места. Вести из Алабамы были еще более жизнерадостными. Политик Крис Кобач, помогавший писать ограничительные законы обоим штатам и бывший среди советников Ромни в бесславном президентском состязании последнего (и от знакомства с которым нестойкий Ромни прилюдно отрёкся), описал успех принятых в Алабаме мер в таких словах: «Не происходит никаких крупных задержаний, суды не завалены обжалованиями. Люди просто снимаются с места и уезжают. Это – самовыдворение без каких-либо затрат для общества. Я бы назвал это победой.»

Не только наблюдая, но и предвидя подавляющую поддержку американцев европейского происхождения быстрейшим проводам нелегалов и дабы пресечь расползание подобных законов по стране, СМИ применили разом и тяжелые средства, всегда сущие у них наготове: блажь о расизме, ксенофобии, узколобости и нетерпимости, о неонацизме, «подымающем свою безобразную голову».

В стране, десятилетиями натасканной цепенеть от столь ужасных обвинений, мошенничество газетчиков действовало. Ещё пять штатов рванули было вослед Аризоне и Алабаме, но «благоразумие» их законодателей одержало верх. Во приграничных же Техасе, Нью-Мексико и Калифорнии вопрос даже не подымался – в них, заполонённых латиноамериканцами, положение было за гранью исправления.

А своим соратникам по пятой колонне – цветным меньшинствам – дети лжи слали уже обращения подрывного рода. Призывали обрушить на тех, кто тревожит иммигрантский покой, презрение всех испано-язычных жителей страны. Тянули толпами на улицы выступить против выдворения, сравнимого в их мозгах с «высылкою евреев фашистами». То было откровенное намерение испытать в действии зловещий резерв подрывных сил – сплочённые инорасовые общины и показать «кто тут власть». «Творцы истории» самозабвенно трудились прямо на наших глазах....

Губернатор Аризоны – «дочь Гитлера»... Ой вей!

Но все подобные ужимки будут мало значить в новой России. Освобождение наше должно быть полным и безоговорочным. Никакого сострадания и возможностей остаться незаконно обитающим на Руси не будет. Ни нытьём, ни чужим заступничеством они не превозмогут.

«Дорожная карта» Русского Освобождения

Возможность самоудалиться будет дана всем чужеземцам, кроме пойманных за преступление. Кому-то из уголовников откроется дорога в Сибирь, но промышляющим наркотиками и тем повинным в убиении Русичей – только на придорожный столб. Срок покинуть Россию достаточно отвести в 3 месяца. Ради упрощения дела, сглаживания неизбежных острых углов и дабы избежать потери времени разумно будет дать им возможность бесплатного возвращения на свою родину. Расходы на проезд в обычном поезде да в общем вагоне обременительными не назовешь – во всяком случае, это быстрее и проще, чем ждать, пока пришелец сам найдёт средства на проезд.

Да уместны ли высчитывания, когда говорим об Освобождении? Пусть дармовая дорога им в один конец ляжет справедливой ношей на нас за прежние уступки и покорность захватчикам.

С выдворением незаконно находящихся посредством их самовыезда не видно осложнений.

Предпочитающие тайком использовать заезжую рабсилу предприниматели не вякнут – меньше всего захотят привлекать к себе внимание суровой Русской власти. Да и не свойственно барыгам быть строптивыми пред сколько-нибудь сильным государством, ведь им есть многое, что терять.

Сами нелегалы, судя по другим странам, представляют собою довольно смирную толпу, пусть и великую числом. Наглость нарушить закон пребывания, видимо, не дотягивает у них до наглости бунтовать. При всех наших особенностях нет оснований считать, что в России будет по-другому. Готовые же возбудить нелегалов агитаторы пятой колонны будут заткнуты немедленно. Мы сознаём высокую зловредность либеральной гадины, но прижать её будет нетрудно: сколько, в самом деле, отрядов самообороны у «Эха Москвы», у прочей «творческой» интеллигенции и иже с ними? Оставим им отдушину нацепить на себя значки «я – таджик», что, как и белые ленточки сегодня, будет вызывать лишь здоровый Русский смех.

Заступничеством за оккупантов и их пособников откликнется всегда готовый лезть в Русские дела треклятый Запад. Там безошибочно учуют невыносимое им возрождение Руси, но им предстоит ужиться с тем, что собственные их установления в отношении незаконной иммиграции требуют подобных же мер. Саркози – бывший главный у французов – совсем недавно при схожих обстоятельствах (отсутствии разрешения на работу и постоянное проживание) замахнулся на неприкосновенных цыган, пусть и восточных, очищая от них страну – об этом не раз придётся вспомнить зарубежным «учителям». Раздражение недругов на сём отрезке нашего Освобождения вряд ли породит большее, чем газетный шум да принятие очередного «списка Магницкого». (Вообще подобная внимательность к западному мнению полагает, что наша страна совсем ослабеет в военном смысле, и ратники её будут вооружены одною винтовкой на троих. Ежели до такого не дойдет, то довольно будет просто отмахнуться от американо-европейских назойливых мух).

Кто ещё может ставить палки в колёса?

Власти на родине выпроваживаемых обязательно выкажут недовольство, станут зудеть о плохом обращении с их гражданами, о грядущих в их края безработице и обнищании. По либеральной подсказке возведут происходящее в «гуманитарную катастрофу», станут грозить потерею в их странах российского влияния и намекать о переходе под крыло ваххабизма либо дяди Сэма. Досада их, впрочем, продлится недолго – им нужно подумать ещё и о сонме «трудовых мигрантов», законно засланных к нам.

Едва незаконные переселенцы покидают нашу землю, размах оккупации уменьшается сразу на десяток миллионов человек – возможно, на треть или половину. Освобождение Отчизны становится объятным и обозримым делом.

Следующий отряд захватчиков – меньший числом, но тоже обильный, на сей день пребывает под сенью закона. То – «гастарбайтеры», завезённые россиянскими дельцами ради дешёвого труда.

Угодно ли напомнить здесь поговорку просветлённых через сто лет американцев о тех чернокожих рабах, что везли им из Африки для работы на плантациях? «Если б мы знали, чем это кончится, то убирали бы хлопок собственными руками!» И Русским через поколение останется воскликнуть похожим образом: «Если б знали, к чему всё ведёт, сами подметали бы свои дворы...» Но то будет ложь, ибо уже ведают. И мечтают в бессилии о Русской власти как о Втором пришествии!

Куйрам-байрам, 2012-й год. Дожила Первопрестольная...

Но продолжим.

Отработав оговорённый при въезде в Россию срок и не получая его продления по причине закрытия программы гастарбайтерства сей отряд отбывает на родину так же в достаточные 2-3 месяца. Все знают день окончания своей работы, всем будет неоднократно напомнено. Самовыдворение и здесь пойдёт законосообразно, гладко, хотя и не без вселенского нытья. Присутствие армейских частей на главных площадях самых неблагополучных городов возымеет убеждающее действие на множество южных голов, заряженных скорее наглостью, чем действительною горячностью.

Прочим пришельцам, находящимся у нас сколь угодно «законно», вводится срок завершить своё пребывание в России в третий черёд. Им – тоже самостоятельный отъезд и никаких зацепок остаться. С первого же дня новой власти отменяются разрешения на постоянное место жительства и, тем более, получение гражданства. Эти вещи раз и навсегда возможны лишь для тех, чей народ не имеет своего обиталища за пределами России в тех её границах, что с согласия народа очертит себе новая Русь. (Наверняка без Кавказа.)

Итак, в каждом случае – самовыезд. Ничего сравнимого с насильною и посмешною высылкой на родину сотни грузин в 2008-м году. Принудительное выдворение, то есть, возложение на новую власть обязанности доставить каждого иноземца домой следует считать чересчур большою для него любезностью. Всем будет отведено время удалиться своими силами, а кому – и даром за счёт Русского народа. И если они не просто двуногие, но и разумные существа, то надлежаще поймут свою обязанность. Ежели – нет, то последствиями за пренебрежение ею станет лишение свободы на год с привлечением к работам по прокладке второго Транссиба, а лучше – возведению пограничных укреплений вдоль нашей южной границы. Расходы на охрану заключенных там будут наименьшими, побег на ту сторону не станет преследоваться.

Самовыдворение привлекательно тем, что обходится без видимого насилия. Это важно вовсе не перед лицом Запада, кой видится многим нашим соратникам бесноватым, не знающим доводов разума надсмотрщиком, но ввиду Русских собратьев, брошенных демократической властью в азиатчине и кто быстро превратится в заложников, которыми тамошние царьки будут выторговывать благополучие в России своих подданных. Вывезти оттуда наших сородичей предстоит как можно скорее, дабы тем развязать себе руки.

С восхождением на каждую новую ступень нашего вызволения внешняя неприязнь будет нарастать. Под конец Запад во главе с Америкой совсем выйдет из себя. Понятно: пропадают плоды их многолетнего прививания нам «евроатлантических ценностей». Погрязшие с головою в созданной у себя многорасовой помойке начнут одёргивать нас, требовать вернуться в строй верноподданных.

И не только требовать. Уязвлённый независимостью Руси Запад наверняка испробует подначить иммигрантов к сопротивлению. Именно во избежание беспорядков и нужно иметь дело с каждым отрядом захватчиков по отдельности и с расстановкою во времени. Разделять и избавляться! Если даже случатся вспышки неповиновения, то – краткосрочные. Лишенные снабжения, отрезанные немедленно заградотрядами от прокорма в магазинах и на рынках, недовольные не продержатся и двух суток. Ну, а насилие с их стороны замечательно развяжет руки Русским добровольческим дружинам и спецназу.

Запад же побрешет, погрозит и... продолжит заниматься долгами Греции, Кипра, поддержанием доллара да Ближним Востоком, в коем погряз на годы.

Западные наскоки можно в известной мере пресечь, если, избавляясь от оккупации, вернуть достоинство во внешние наши отношения. Отвести от себя подрывную деятельность, что нескончаемо ведется против нас заграницею, покинув все международные площадки, где зарвавшиеся назначенцы из Евросоюза и США беззастенчиво понуждают нас следовать придуманному ими порядку. Оставить ОБСЕ, созданную в своё время простодушными советскими деятелями и перехваченную затем наглыми западными дельцами. Попрощаться с Советом Европы вместе с его Европейским судом по правам человека, забыть ВТО и прочие заведения, где Русь смеют понукать и неволить.

Нам нет нужды вкушать двуличие старухи-Европы, выслушивая её злобные наставления о демократии, правах человека, свободе собраний и одновременно видеть её любезности с Китаем, где правит лишь одна партия, причём коммунистическая, где смертная казнь собирает свою ежедневную жатву и где свободе слова прочно вставлен в рот кляп. Нам незачем внимать европейским требованиям освободить шпаних из Pussy Riot и в то же время лицезреть, как Брюссель заигрывает с арабскими друзьями, у которых свободы совести (вероисповедания) нет и в помине и где осквернителей святынь обыкновенно ждёт смерть.

Вослед придёт время ужимать с недругами и дипломатические отношения. Лишено здравого смысла иметь в России многосотенное присутствие американского посольства, а равно и наше столь же людное представительство за океаном. Белорусский Батька выдворил америкосов два года назад и вряд ли хоть раз о том пожалел. Нет смысла допускать к себе тысячи посланников вырождающейся Европы. Отношения с Израилем лучше вообще прикрыть.

И не забыть сократить поставки нефти с газом – потомству нашему более пригодится.

Нельзя лишь слабеть духом. Трепетать перед заграницею, опускать руки, видя последствия вторжения и рассуждая, что «их» – много и уже ничего не поделаешь. У страха, известно, глаза велики.


Редеющее количество «понаехавших» обращается в качество – новое качество жизни. Города светлеют, по улицам в спокойствии ходят Русичи, нет больше озверелых нападений на славянок, не завозятся наркотические отравы, туберкулез, полиомиелит.

Но дело не завершено. Преступная власть, узаконивая вторжение, зашла весьма далеко. Из захватчиков делала нам «соотечественников», вручая им право на постоянное жительство в России и даже её гражданство. Отсчёт сей гнусности надлежит вести с середины 1990-х. Розыск, суд и покарание виновных удовлетворят лишь чувство праведной мести, но устранение плодов предательства ляжет всецело на плечи Русского народа.

Разворачивать вспять наплыв нежданно обретённых «сограждан» дольше и труднее будет.

Остаётся ещё и кавказское засилье на Руси – особо унизительное, позорное для нашего народа, бившего прежде любого врага – не сравнить с абреками. Этих держали в узде и приграничные казаки...

Нынешнее присутствие посланцев горных племён на славянской земле возродило образ ордынцев, благоденствующих над покорённым населением при пособничестве местных предателей в облике политиков, чиновников, правозащитников и всей говорливой либеральной своры. Источником богатства хищников стали взятые в оборот рынки, торговля, гостиничное и дорожное хозяйство, обслуживание домов, а способом его добывания – захват, присвоение, подкуп, мошенничество, насилие, разбой.

Наличие у новых ордынцев российского гражданства ставит в тупик соратников, полагающих, что мы уже навеки «вместе», точнее, – под их ярмом. И даже отделение Кавказа, якобы, не поможет Освобождению, поскольку тьмы их крепко обосновались у нас, взяв в руки законы и порядки.

Освободительное творчество Русичей пойдет до конца, ибо цель его – не улаживание незаконного вторжения в пользу законного по американскому образцу, но полное, окончательное освобождение Родины от завоевателей нового времени.

Никакое гражданство и вид на жительство не высечены на камне. Нам ли не знать на себе? Сотни тысяч нашего народа с приходом нынешней смуты расстались с принадлежностью к чужой стороне и устремились в родные края. Снимались с обжитых мест не из-за обыкновенной тяги к большему преуспеванию, но дабы спастись. И сколькие не успели... Запад, нагнетая погромные настроения на окраинах Советской империи проповедью о путях ко свободе, наслаждался Русским изгнанием.

Мы не ответили оком за око: сионо-преклонённая власть крепко прижала Русских и на родной земле. Оккупационный строй вступал в свои права, углубляя нашу беду ещё и нашим вымиранием. Удивительно будет, если храня о том память, не прорвётся в нас рано или поздно правосудная злость и не воздадим тою же мерой всем причастным к нашими бедам и всем ими воспользовавшимся, устремившимся на захват Руси. Наверное, по мягкотелости и досадному беззлобию своему будем искать «цивилизованное» решение...

Не нужно искать, будто слепцам. Наше выживание требует простых вещей, уже двадцать лет взывающих своею очевидностью: устранение демократического хаоса, в коем либеральная шпана и её инорасовые любимцы чуют себя как рыба в воде; введение невыносимого им общего, равного порядка; распространение законопослушания, понятного каждому Русскому, и на тех, кто с юга; никаких особых условий, обещающих им процветание и манящих в наши края, никакой неприкосновенности.

Можно для ясности назвать это «Русским порядком».

Все «крыши» и покровительства, которыми пользовались дети гор или навязывались ими другим, снесёт как ветром. Малейший сговор в облюбованной ими торговле, малейшее понуждение и вымогательство у кого бы то ни было станет караться, давление на стражей порядка – караться, подкуп власти – караться. Безжалостно, беспощадно, неотвратимо. Законы страны начнут действовать без изъятий. Кавказское заступничество за своих, сходки по отбиванию у сил правопорядка захваченных соплеменников, размахивание ножами или огнестрелами станут невероятными событиями из прошлого.

Всё их бурное «предпринимательство» пройдет проверку на чистоту перед законом. Изучено будет всё: наличие необходимых разрешений, получение государственных подрядов, приобретение собственности, движение денег... В дополнение, впечатляющие их доходы будут испытаны ещё одним, что они не в состоянии делать – платить налоги. Последствия уклонения от сей обязанности не будут отличаться от уже принятых в стране и в «развитом» мире: многократное взыскание утаённого, лишение свободы на долгий срок.

В терпимейшей к меньшинствам Америке треть её негритянского мужского населения в своей жизни заслуженно проходит через тюрьмы. Нетрудно представить, что ждёт гордящихся своею неуправляемостью вайнахов, когда свод уголовных наказаний, хотя бы сегодняшних, возымеет беспристрастную силу – от чего нынешняя власть, зная чем это кончится, их трогательно бережёт. Захотят ли тогда сами горцы столь тягостной для себя участи в Русской земле и не выберут ли поскорее вернуться в приветливый родной аул?

Не будем гадать, предоставим дальнейшее естественному ходу событий...

На сём можно, стряхнув с себя грёзы, отложить в сторону «дорожную карту» Русского Освобождения. И оглядеться, посмотреть в лицо действительности. Как сон пустой прошёл год, что был в преддверии своём и на всём протяжении наполнен надеждами стать громким и славным, подобающим предшествующим великим летам – 1612-му и 1812-му. Не довелось... Знать, у Русской судьбы сила не в числах и не в молитвах со стонами, коих было достаточно, но в том, что воистину осязаемо в наш опустошённый век: в духе и воле народных.

И покуда такое не обрелось, и пока заступник азиатов, покровитель кавказский Путин крепко сидит на престоле, о благоустроении нашего будущего говорить бесполезно. При отрешённости Русичей от своей судьбы сказать настоящее слово может лишь болезнь правителя да та непреложная истина, что срок творить зло ему отмерян не вечный. А можно ещё уповать на то, что вдруг выкинет он коленце как его спившийся предшественник да уступит под сей Новый год царственное место кому-то другому.

С таким Новолетием себя с соратниками и поздравить можно!




В статье вынужденно использовано 138 нерусских слов (2,5%). Чужие изречения и самоназвания не учитываются.

Размещено: 28 декабря 2012 г.
Источники: The Washington Post, Уголовный закон США, The New York Times, Свободная пресса, собственные.

Постоянная ссылка: RusskoeDelo.org/novosti/archive.php?ayear=2012&amonth=december#28_12_2012_01.

    Рассылка «Русского Дела». Подписываться здесь.






Распечатать Распечатать          Сообщить соратнику Сообщить соратнику




Problems viewing this website? Its layout was optimized for viewing with an Internet Explorer (ver. 6.00 +) or compatible browser. The encoding used is "UTF-8".

предупреждение          © 2017, Русское Дело          disclaimer