ВНИМАНИЕ! Для правильного отображения наших страниц настоятельно советуем Вам использовать иной смотровик («браузер»), например «Оперу» или «Лису», обе из которых – бесплатны. ВНИМАНИЕ!
Перед пользованием нашим сетевым узлом, ознакомьтесь с сим предупреждением. Please read this disclaimer before using our website.
Спасители Руси от инородческого владычества: гражданин Козьма Минин и князь Дмитрий Пожарский. Да вдохновят нас примером.
26-Й ГОД СМУТЫ
> РАЗДЕЛЫ
» Первая страница
» Русские Вести
» Русские Стихи
» Русские Песни
» Русское Видео
» Русская Мысль
» Русский Язык
» Русская Память
» Русские Листовки
» Русское Действие
» Русское Самосознание
» Русское Единение

> ОБЩЕЕ
» Рассылка
» Связь с нами
» Наши образы
ПОДВИЖНИКИ РУСИ:
Национально-Державная Партия России (НДПР)

Русское Вече

Русский национал-социализм с чистого листа

Руссовет

Русское Движение против нелегальной иммиграции

Русский Общенациональный Союз (РОНС)

Народное Движение за избрание А. Г. Лукашенко главою России

Русское Национальное Единство (РНЕ)

Русский международный журнал «Атеней»



НАША РАССЫЛКА:

Подписка на нашу рассылку своевременно известит Вас о появлении нового на «Русском Деле». Просто и удобно!

Ваш адрес e-mail:

Подписаться
Отменить подписку



НАШИ СОРАТНИКИ НЕ ПОЛЬЗУЮТСЯ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫМИ УСЛУГАМИ MAIL.RU И YANDEX.RU!

«RSS» И «TWITTER»:
Наша RSS-лента    Наша лента в «Twittere»
(Памятуйте, что врагу видно, кто читает нас в «Твиттере»!)


ПОИСК ПО УЗЛУ:

Яndex.ru



Русское Дело
««Невозможность» – слово, коим пользуются лишь глупцы.»
Наполеон Бонапарт (1769-1821), франц. завоеватель

Раздел «Русская мысль»


РУССКИЙ СОЦИАЛИЗМ. ОСНОВЫ И ПРЕДПОСЫЛКИ.

Власть утрачивает контроль над информационным пространством России. Власть попросту больше не слушают, какой бы трезвон не исходил от кремлёвских башен. В ситуации наступающего информационного хаоса либеральная оппозиция уверенно набирает медийные очки, а теряющая их власть использует подставных игроков вроде Прохорова с «Приватизацией 2.0» или Кургиняна с его «СССР-2.0» до зубовной боли напоминающий путинскую «Азиопу». При том, что ни кремлёвский, ни либерально-оппозиционный проекты в народе поддержки не вызывают, именно в такие времена вызревают и овладевают массами новые идеи. Сегодня это – Русский социализм. И это – не советское «вчера», это – русское «завтра».


«Сеющий ветер – пожнёт бурю»

Введение. Информационный хаос – наиболее подходящая среда для манипуляций распылённым сознанием обывателя. Его растаскивают по протестным углам в надежде овладеть им по частям. Пока же мы наблюдаем рост количества политических антисистем, каждая из которых надеется обрести монополию на власть. Наиболее обещающей антисистемой в информационном хаосе сегодня является Русский социализм. Его теоретическое ядро сегодня наиболее концептуально сформировано, это:

- биосоциологический и этнополитический подходы в национальной самоорганизации и целеполагании;
- социализм как целостная, квазиорганическая форма общественного бытия, лишённого фатальных противоречий;
- национализм, как инстинкт самосохранения и саморазвития этноса, осознанный до идеологии;
- Русский социализм, как синтез национальной идеологии и социалистической формы её воплощения;
- Русская власть в форме диктатуры национальных Советов на стадии национального спасения и народовластие на последующих стадиях национально-государственного прогресса;
- деприватизация общественного достояния и обращение доходов от него на общенациональные интересы.

Это самые общие положения Русского социализма на пути к национальному прогрессу Русского и комплементарных ему народов России. И до тех пор, пока они не станут основой единомыслия в Русском движении, оно будет раздираемо корыстью «пиар-креативщиков» и лишено представительности в политическом пространстве России.

Неправ был Мао. Не винтовка рождает власть, а единомыслие. Когда-то в 17-м, в руках Русского народа оказалось, по разным подсчётам, от 11 до 14 млн. винтовок, но власть оседлала узкая группа пропагандистов с наганами, спаянных пагубным для Русской России антинациональным единомыслием и волей к его осуществлению. Очевидно – не в роде оружия вовсе дело и не в его количестве.

Удержать перехваченную власть способен лишь тот, кто заранее знает, что с нею делать, кто видит её будущее воплощение. Таковыми в России 100 лет назад оказались марксисты. Все прочие, уповавшие на соборное решение различных слоёв общества были разогнаны караулом матросов, так и не успев заключить общественного договора. Народ, устав от всего временного, предпочёл заготовленный шаблон, отозвался на известные лозунги: «Мир – народам, фабрики – рабочим, земля – крестьянам!»

Сегодня эти лозунги вновь насыщаются пенистой злобой дня, но, уже с учётом всех промахов предыдущего антинационального воплощения, они должны стать лозунгами Русского социализма.


Предпосылки Русского социализма

«Просвещение следует насаждать с умеренностью,
по возможности избегая кровопролития».
М.Е. Салтыков-Щедрин




Проводы классового социализма. Капитализм умирает, несмотря на социалистические пилюли в экономику и финансы. Вместе с ним умирает классовый поход в обществоведении. Остаётся только удивляться, как самоотрицающее учение, в основах которого заложены классы, а целью ставится их ликвидация, могло продержаться в головах восторженных приверженцев 100 лет. Это похоже на ловлю известной от Конфуция черной кошки в тёмной комнате … и т.д. Как учение, экономическая ипостась которого возвела в божественный принцип извлечение и распределение прибыли, на протяжении полутора веков считалось альтернативой капитализму? При этом напрочь отказалось от рассмотрения распределения рисков и убытков.

Просто диву даёшься, как человеческие сообщества просуществовали в бессознательном состоянии минимум 6000 лет письменной истории до классового прозрения. Мессианство какое-то. Совершенно неосознанно эксплуататорами становились корпорации то - жрецов, то – военной аристократии, то – ростовщиков и торговцев. Пирамида общественного устройства поворачивалась вокруг классовой оси вверх то - одним, то - другим сословием, упорно избегая верховенства трудящихся.

Глядя на формационное деление истории марксистами можно подумать, что в обществах классического рабовладения не было земельной собственности, а прогрессивные феодалы спать не ложились, не освободив всех рабов. Отнюдь, и то и другое прекрасно уживалось, не говоря уж о всяких нигериях и бразилиях, во вполне буржуазных США, аж до 1865 года, т.е. прямо на глазах у отцов исторического материализма. Отметим, что частное землевладение на этой планете, во всех своих эксплуататорских коннотациях, красной нитью проходит от первых земледельческих государств ранней бронзы до наших капиталистических дней, миновав лишь советские колхозы, и формационному делению по истмату никак не поддаётся.

Точно так же не поддаётся логике развития производительных сил и производственных отношений крах античного мира. О каком развитии производительных сил феодальной Европы можно говорить, когда, кроме металлургии, уровня Рима в строительстве, применении механизмов, судостроении, науке и искусствах она достигла только через 1000 лет, к XVвеку – началу Возрождения. Унификация римского оружия свидетельствует, как минимум, о цеховом производстве. И каким же принципиальным шагом вперёд стали вассальные отношения феодалов по сравнению с Римской клиентелой? И чем феодальный лен был прогрессивнее римского колоната в сельском хозяйстве? Не говоря уж о финансовых и административных механизмах империи, уровень которых был достигнут Европой только к XVIIIвеку и то - не везде. Только печатный станок, металлургия и арабская арифметика XIII-XVIвеков вытянули Европу из трясины средневековья на столбовую «римскую» дорогу технического прогресса.

Очевидно, что по всем цивилизационным показателям европейский феодализм был глубоким, минимум - 1000-летним откатом от достижений античной эпохи. Даже самоуправление вольных городов средневековья не проявило ничего принципиально нового в сравнении со статусом муниципия Римских городов и колоний. Нет, ни с точки зрения классовой теории, ни с позиций развития производительных сил и производственных отношений падение античного мира объяснению не поддаётся. Как не поддаётся многовековая культурно-технологическая и политическая стагнация традиционных восточно-азиатских социумов, опережавших по всем показателям европейские до начала Возрождения. Сам этот общепринятый термин свидетельствует не в пользу формационного анализа и классового подхода марксизма к истории.

(Для тех любопытных читателей, которые уже задались вопросом: а что же таки может объяснить цивилизационную катастрофу античности и тьму средневековья – сразу оговорюсь – этнополитика, в основаниях которой заложены законы расологии, биосоциологии и национальной геополитики. Но это – другая тема.)

Словом, много бумаги пришлось извести отцам-основателям коммунизма на подгонку истории под прокрустово ложе классовой концепции. С такой же степенью абстракции общество можно порубить на продавцов и покупателей, нарезать на «виннеров» и «лузеров», нашинковать на лоскуты скальпелем IQ и т.п., чем увлечённо занимаются доморощенные толпо-элитаристы различной степени шизоидности. И марксизм на их фоне ещё не шедевр светобесия. Тем не менее, ещё при жизни мессианского тандема он так и остался умозрительным опытом, опровергнутым всем последующим ходом построения национальных государств, начиная с родной им Германии.

Суть мировоззренческого эксперимента Маркса состояла в светопролитии классовой теории во мрак и хаос, существовавших дотоле, тысячелетий общественных отношений. В порядке этого светопролития во мрак и хаос была торжественно внесена ось божественной классовой симметрии, один конец которой был подписан эксплуататорами, а другой – экплуатируемыми. Сама ось блистала зеркальной полировкой, поскольку проведение границы (то есть – сколько надо капитала) между теми и другими не представлялась возможной даже в теории. На практике же люди и даже целые профессиональные прослойки оказывались, попеременно, то – эксплуататорами, то – эксплуатируемыми аж по нескольку раз в течение поколения. И, чтобы не отравлять поклонникам праздник научного светобесия, было решено в кратчайшие сроки свести эксплуататоров на «нет» и осчастливить всех противоположным концом светозарной оси. Даже не смущаясь тем, что ось – та же палка о двух концах, сколько не режь…, только – виртуальная.

«Нет, так - нет» - ответил непросвещённый капитал. И только просвещённая интеллигенция в России сему еврособлазну отдалась. И понеслось! Плеханов, Ленин, Троцкий, Сталин. Удар за ударом перековывали они практически ничтожный коммунизм Маркса, на суверенный, как сказали бы сейчас, социализм имени самих себя в отдельно взятой в качестве подопытной стране, увы - России. Кованный огнём и железом гулкий барабан советского социализма недолго вращался вокруг невидимой оси классовых противоречий, отражая на полированных боках недоказуемые мантры марксизма-плеханизма-ленинизма-... и т.д.

Стоит оговориться, что данная эпитафия предназначена не оригинальному марксизму, а социализму его поздних последователей, взявших из него совершенно умозрительную, в корне антинациональную концепцию классового общества. Ну, да об этом лучше сказано у Шафараевича, к которому за деталями может обратиться дотошный читатель. В части критики классового социализма мы с ним полностью согласны.

Биосоциальный подход. Однако, помимо и вопреки марксизму с его проповедниками, с античных времен существовало и развивалось учение о социализме, как целостном обществе социальной гармонии и отнюдь не пресыщенного благоденствия. Исторический социализм онтологически воспринимал социум, как естественное, неустранимое многообразие общественных корпораций, соединённое государством ради единства и прогресса всего общества в целом. Очевидным для исторического социализма было и то, что один и тот же человек в достаточно сложно устроенном обществе являлся членом двух и более социальных корпораций, что размывало критерии внутрисоциального противостояния. Таким образом, исторический социализм по условию не воспринимал классовой борьбы на уничтожение какой-либо социальной группы во избежание фатальных противоречий для всего общества в целом.

Возникновение на исходе ХХ столетия нового биосоциологического (социобиологического) направления в общественной науке подарило нам новую технологию социального моделирования. Это – органический или, точнее – квазиорганический подход к обществу и формам его самоорганизации, в частности – к социализму. Квазиорганический подход, так же, как и классовый, тоже пока нельзя назвать полностью научно обоснованным. Но, в отличие от классового, он имеет неограниченное число аналогов в живой и, даже, неживой природе.

Свойство самоорганизации сложных связанных систем можно проследить всюду, в зависимости от объёма и временного интервала рассмотрения, будь то галактика, толща земной коры, сообщества насекомых, животных или людей. Выводы из наблюдений за последними наиболее адекватно систематизированы в нескольких работах русского биосоциолога – Олега Александровича Мельникова, основные из которых – «Краткий очерк теории эволюции организованных систем» и «Естественные сословия. Социально-генетическая психофизиоморфология, полиморфизм и функциональные подсистемы гомеостаза в социумах гоминид»

С точки зрения биосоциального моделирования общество, как и биосистема, развивалось от простейших этносистем - семья, род, клан, племя – к более сложным – народность, нация, суперэтнос, раса. В процессе, как биологической, так и социальной эволюции, число их адаптивных функций возрастало, а в месте с ними росло количество и усложнялись связи между их рабочими органами, которые эти функции обеспечивали.

Так, в процессе биологической эволюции формировались органы, отвечающие всё большим возможностям адаптации и конкуренции организмов: восприятия и координации, дыхания и кровообращения, движения и защиты, пищеварения и т.п. Аналогично в процессе социальной эволюции в обществе формировались различные социально-профессиональные группы, способствующие адаптации и конкуренции общественного организма в этнополитической среде. И, также как в биологическая история сохранила нам свидетельства этого процесса в виде брюхоногих, головобрюхих и прочих окаменелостей, так и письменная история сохранила память, а в джунглях Амазонки и др. укромных местах – живые реликты поэтапного развития социальных организмов. В них, как и в биологических, также формировались социально-профессиональные квазиорганы управления и координации, обороны и правопорядка, производства и распределения, традиционно соединённые в естественные сословия или касты брахманов, кшатриев, шудр и вайшья.

И, если в биоорганизме, в результате дисфункции какого-либо из органов организм заболевает, то и социальный организм аналогичным образом реагирует на дисфункцию своих общественных квазиорганов. Так, если распределение материальных благ в общественном организме не компенсирует материальных и духовных затрат на осуществление своих функций какого-то из социальных квазиорганов, либо, напротив - пересыщает его ими, весь социальный организм деградирует. И выход из такой деградации зачастую сопряжён с геополитической хирургией в виде войн и революций.

На примере биоорганизмов очевидно, что все органы социального квазиорганизма исключительны по своим функциям, неотторжимы и неконкурентны. В противном случае и биологический и социальный организмы утрачивают жизнеспособность. Подобным же образом воздействуют на биологический и социальный организмы дисфункции любого происхождения, будь то злокачественные образования, травмы и вирусная инфекция, или некомплементарная диаспора, вооружённый конфликт и духовное заражение.

Главное же, что характеризует биосоциальную аналогию – это целостность и гомеостаз будь то биологического или социального организма, на сохранение и универсализацию которого по отношению к окружающей или этнополитической среде работают все его неотделимые составляющие. Из этого, для гарантированного самосохранения и устойчивого развития (гомеостаза) социального квазиорганизма вытекают следующие концептуальные ограничения:

- общественный квазиорганизм не может преследовать цели и применять средства их достижения несовместимые с собственным существованием;
- безусловный примат общесоциальных (национальных) интересов над личными и корпоративными интересами внутренних квазиорганов социума;
- гармония в распределении социальных (в т.ч. и нематериальных) благ между квазиорганами общества, вытекающая из принципов - каждому своё и социальной справедливости во всех сферах общественных отношений;
- специализация общественных функций (созидание, распределение, контроль, управление, оборона и т.д.) в форме равноценных для всего общественного организма, то есть, бесконкурентных и безальтернативных квазиорганов.

Подводя итоги вышеизложенному: биосоциальная модель общества ни сколько не противоречит основам диалектического материализма, напротив, она следует из него и пытается описать эволюцию общественных отношений через механизм этнической адаптации и подвидовой конкуренции не менее, а, возможно - более адекватно и материалистично, чем классовая через механизмы производства и распределение материальных благ. Соответственно, наполненная реальным содержанием Исторического социализма, биосоциальная модель обретает политическую форму общественной самоорганизации. А Исторический социализм расстаётся с последними молочными зубами утопичности, обретая естественнонаучный фундамент под извечно парившей «на воздусех» социальной гармонией.

Таким образом, социализм становится формой общественного бытия как целостного, гармоничного социального организма.

Кстати, тогда – либеральный капитализм – антиобщественная форма социального бытия.

Политической формой органического социализма является государство, на институты которого народ возлагает обязанность регулирования общественных отношений в пользу общенациональных интересов.

Мерой гармонии во всех сферах общественных отношений в государстве органического социализма является социальная справедливость, которая устанавливается общественным договором между представительствами социальными групп граждан и институтами государства.


Основные положения Русского социализма

Русский социализм и национализм. Биологичность социума выражается, прежде всего, в этничности, во всех её генетических и культурно-исторических коннотациях. И Русский социализм - это гармоничная форма бытия Русского народа как единого социального организма. Его идеалы и интересы осознаны до национальной идеологии, а исторический опыт привёл к созданию своего государства, хотя власть в нём сегодня русским не принадлежит. Тем не менее, в Русском социализме осознано, что:

Национализм без социализма – это цель без средства.
Социализм без национализма – это средство без цели.

И только в сплаве того и другого возникает несокрушимое единство средства и цели, слова и дела, силы и воли к победе Русского народа в борьбе за право бытия.

Государство Русского социализма.Русский национализм как аксиому провозглашает – «государство для нации».Поэтому государство Русского социализма станет бронёй и скелетом национального организма, отражающим внешние угрозы и отвечающим внутренним интересам Русского государствообразующего народа.

Русское социалистическое государство является средством для достижения блага каждого конкретного гражданина. Но ради этого гражданин должен идти на самоограничения в пользу своих сограждан, составляющих вместе это государство. Тогда ограничения, налагаемые государством на одного человека ради блага многих людей, должны давать взамен гражданину больше, чем он может получить, не соблюдая эти ограничения. Тогда приоритет общественного над личным становится личным благом и общественной нормой.

Власть в государстве Русского социализма - не трофей победителей и не наложница вождя. Её единственным безусловным носителем является весь суверенный Русский народ, а не отдельные личности или социальные группы. Народ в Русском социализме – это целостный социальный организм, а не арифметическая сумма индивидуумов, как в обществе либеральной демократии. Национальная Русская власть – это определённая Конституцией сумма исключительных полномочий, передаваемая государствообразующим народом в ответственное управление своей национальной элите.

Общество Русского социализма.Этничность русского социализма открывается, прежде всего, в исторической традиции общественного бытия, в которой сохранён позитивный опыт биосоциальной адаптации и конкуренции предыдущих поколений. Это:

- сословно-общинный формат общества;
- «каждому – своё» – как принцип гармонии между социальными группами, личностью и государством, а также
- справедливость как мера эффективности управления и социальной гармонии.

Человек по природе своей – существо общественное. Но, общество не есть стадо равных, тем более – одинаковых. Каждый человек, в меру своих качеств, имеет разнообразный набор социальных интересов к обществу, а общество, соответственно – к человеку. В силу этих интересов человек вступает в целый ряд общественных отношений, социализируется в различных общественных группах: обычно - семейных, трудовых, профессиональных, общественно-политических и ряде других, по интересам. Это объективное явление, которое будет поддержано соответствующими практическими установками Русского социализма.

Каждая из социальных групп удовлетворяет какую-либо материальную или духовную потребность человека и, в свою очередь, является коллективным агентом этой потребности перед социумом. Таким образом, национальное общество, трактуемое нами как социальный организм, обязано предоставлять каждой социальной группе и каждому человеку – необходимое «своё», а не всем – «одно и то же»: кому-то материальное, кому-то духовное, кому-то творческое.

Стабильность Русского социалистического общества заключена в подвижном балансе групповых интересов потребления и созидания. Осью такого равновесия послужит принцип «каждому своё», при котором каждая группа внутри нации должна получить то, к чему стремится, в строго управляемом режиме, в том числе и возможность изменения своих устремлений. А справедливость, таким образом, в Русском социализме становится мерой эффективности управления и общественной гармонии.

В конце концов, сословность и общинность – это эволюционные традиции, уходящие корнями в миллионолетние глубины биологии. И то и другое, в проекте нового сословного общества, призвано обеспечивать оптимальную смену кадров, форм и методов управления, а с нею – длительную стабильность национального прогресса Русского и коренных народов России.

Экономика Русского социализма. Если при капитализме успешным человеком является тот, кто вписался в рыночные отношения, то Русском социализме - в общество. Русский Социализм должен исходить из социального принципа, а не из экономического, он должен подчинить экономику общенациональным потребностям. Экономика национального социализма не цель, она – средство достижения национальных интересов. Социалистичность Русского государства проявляется не в том, насколько полно общественное в нем заменило частное, но тем - насколько частное, служа себе, служит общественному.

Государственное регулирование является системообразущим фактором в экономике Русского социализма. Именно госрегулирование призвано заставить экономику работать на воплощение национальных идеалов, обеспечение национальных интересов во благо общества и гражданина. Благодаря госрегулированию народ будет хозяином плодов своего труда и перестанет быть рабом и донором экономики капитала.

Государственное регулирование экономики Русского социализма в общенациональных интересах обеспечивает ему успех при любых формах собственности. Поэтому Русский социализм не есть национализация булочных и парикмахерских, ресторанов и швейных цехов, но - это безусловный возврат в общенациональную собственность земли, природных ресурсов, инфраструктуры, банков, а также технологической информации и продукции, значимой для здорового развития общества и человека. Русский социализм не позволит превращать государство в торговую корпорацию, а народ в служащих, которые по условиям бизнеса должны довольствоваться минимумом или быть замененными на тех, кто дешевле. Русский народ – хозяин на Русской земле.

Главная задача национальной экономики – не извлечение денежной прибыли, а материальное обеспечение всестороннего развития общества и человека. Производство, таким образом, является главным звеном в решении этой задачи. Именно производство обеспечит национальную независимость, самодостаточность, а за тем и экспансию во всех их материальных и политических проявлениях.

Задача финансового сектора экономики Русского социализма – учёт и регулирование производства и потребления, причём, не только в экономике, но и в социальной сфере. В свете этой задачи, денежная прибыль утрачивает статус абсолютной социально-экономической мотивации и становится мерой общественной пользы от экономической и социальной деятельности. В таком качестве деньги перестанут быть товаром и станут мерой общественно-полезного труда.

Органический социализм во благо Русского народа и государства, на основе Русской национальной традиции и есть Русский социализм.

Родина, нация, социализм!


Источник: Orden.ws



Распечатать Распечатать          Сообщить соратнику Сообщить соратнику




Problems viewing this website? Its layout was optimized for viewing with an Internet Explorer (ver. 6.00 +) or compatible browser. The encoding used is "UTF-8".

предупреждение          © 2017, Русское Дело          disclaimer